· Че-е-е-во? — в нос прогудел Урванцев.— Че-е-е-во эта? Вы мне зубы не заговаривайте, а говорите, почему полсотни сняли? Я, может, лодку моторную купить хотел. Сидят тут... Фундаменты поотращивали, в сорок шестом небось таких не было!..— разошелся Володька.
Кого не было? — наивно переспросила самая молодая из женщин, Валюха Телегаева, как и Володька, жившая в заводском общежитии.· Задниц не было,— выпалил Володька, посмотрел на Екатерину Васильевну и покраснел.— Ну, ладно... Можно объяснить человеку, за какие шиши деньги взяли, я ведь не против, если очень надо.
Екатерина Васильевна достала из стола коробку «Казбека», открыла, взяла папиросу, смяла и защемила в уголке губ.
— Садись, Урванцев. Он покорно сел.
· «Казбек» будешь?
· Буду.
Чиркнул камешек зажигалки, и Володька потянулся прикурить.
· А не боишься, что я, многодетная мать, тебе за твое потаскушество глаза выжгу? — неожиданно спросила Екатерина Васильевна.
