· Мы едем, едем, едем...— спел он.— Что, в далекие края, а, Николай?
· Да вот, в Англию еду...— Маркин, сопя, зацепив носком за пятку, стягивал с ноги валенок с железной подошвой.— Черт их дери, 
последний раз надевал эти колоды. Все, прощай, батрацкая жизнь.
· Ну уж и прощай,— заметил Сергей.— Из отпуска вернешься — и опять к печи.
· Не-ет уж, баста. Куплю машину, дачу, как белый человек заживу,— он снял футболку и остался голым по пояс. Под левым соском и на поясе справа Серега разглядел татуировку: цифры, латинские буквы и еще какие-то знаки. Что-то знакомое показалось Панову в этих синих надписях, но что... Серега так и не определил, спросил:
· Что это у тебя на пузе-то? Раньше, кажись, не было.
· А-а...— Маркин, как показалось Сереге, вроде бы с испугом прикрыл татуировку, но тут же отнял ладонь от груди.— Да так...
· Я-асно,— Серега надел куртку, сунул ноги в валенки.— Ну, счастливо там, в Англии, пойду. Да смотри, чтоб тебя на границе с этой татуировкой таможня не выловила.
· Постой, постой! — засуетился Маркин.— Ты подожди, слыш ка, Серега, может, тебе что привезти? Не стесняйся, заказывай, все ж, я понимаю, обидно тебе в отгул за меня работать. Сувенир какой, хочешь? Или штаны модные, бананы,— сделаю!
